Пришло время для монголов обрести равноправие через равенство

Feb 24, 2021


Пришло время для монголов обрести равноправие через равенство

Равенство закреплено в первой части Конституции. Слово «равеноправие», признанное с социалистических времен, на этот раз я заменил «равенством». Перед законом все равноправны. Но разве одним словом можно передать международное понятие «egalite»? Понятие равенства означает больше, чем просто утверждение, что все одинаковы перед законом.

Представление о том, что люди всегда и везде одинаковы, то есть равны, - это представление о том, что не следует никому отдавать предпочтение, никому не давать больше прав или обеспечения. Кроме того, никто не может пользоваться исключительными правами, то есть особенными правами вне закона. Только так можно сформировать государство и общество. Если не так, то значит, что монголы по-прежнему в диком средневековье или хорошо известный монголам феодализм.

В Конституции очень кратко говорится, что все одинаковы перед законом и все имеют равные права перед законом. Из-за того, что при создании Конституции не консультировались с профссиональными философами о концепциях свободы, равенства и единства, об этих трёх больших общечеловеческих понятиях написано слишком сокращенно. Сокращать можно. Но без объяснения невозможно понять. Другими словами, возможны ошибки при понимании, когда каждый понимает по-своему. Конечно, в то время не было философов, но для работы по объяснению можно было привлечь философов с Запада.

Равенство не остановится только на законе, оно распространяется и дальше. Например, людям должны быть предоставлены одинаковые возможности для жизни. Такие ​​же одинаковые возможности должны быть предоставлены для дальнейшей работы. Важно наделить все это правами, а не просто записать. Конечно, для монгола, который только недавно познакомился с философией человечества, свобода, равенство и единство – это три совершенно новые концепции, к которым монголу трудно привыкнуть. История буддизма подтверждает, что история монголов не имела философии и что они не смогли получить философию через религию, обрастая суеверием. Важные концепции буддизма, такие как дхарма, сансара и нирвана, до сих пор не распространились среди широкой общественности. Хотя официальным языком Монголии является монгольский, молитвы и мантры все еще читают на тибетском. Это тоже неравенство.

Было бы хорошо, если бы свобода смогла стать правовой свободой. Однако это право на свободу не может осуществляться без равноправия. Равноправия невозможно достичь без свободы. Следовательно, свободу нельзя отделить от равноправия. Свобода – это предпосылка к свободе мышления и свободе слова. С другой стороны, никого нельзя арестовывать без причины. Суеверные люди запрещают монголам свободно мыслить и вовлекают их в религию под видом медитации. Свобода - это когда человек поклоняется самому себе. С другой стороны, никто не может быть задержан без какой-либо на то веской причины. Суеверные люди запрещают свободное мышление монголов, и под видом медитации завлекают их в суеверие. Вероисповедание – это свобода определенного человека. Но с другой стороны, преднамеренное подстрекательство других к ложным суевериям и взятие их в заложники является преступлением.

Равноправие не значит равнение всех, это означает только равные возможности, равную обеспеченность. Равноправие совершенно не мешает свободе, они взаимообусловленны.

Когда мы говорим о политической свободе монгола и его политическом равенстве, мы приходим к очень интересному выводу. Когда вы посмотрите на деятельность, как монгол избирается членом парламента, легко заметить, как монгола унижают, как монгол унижает сам себя. Какой там говорить о свободе, равенстве и единстве. Кажется, что монголы находятся в дополитической состоянии. Настоящая политика не смогла появиться и развиваться.

Самый простой ответ дополитических монголов на вопрос о том, что такое политика, - это отношения между правом и ве́дением. С одной стороны – право, например, права гражданские: право на свободу или право на равенство. С другой стороны – есть народные избранники. Другими словами, лица, принимающие решения, они должны гарантировать свободу и равенство. Поэтому здесь возникает вопрос морали, как эти избранники принимают права монголов и уважают эти права от имени народа. Для монгола все это превращается в сказку.

Две концепции, о которых мы здесь говорим, свобода и равенство, не имеют значения, если человек не образован. Необразованный человек не умеет вести себя в обществе. А в худоне – сельской местности – все по-другому.

Если мы хотим сделать монголов свободными и равноправными, необходимо дать им образование. Однако, когда в 1990-х годах началась демократия, монгольское образование было остановлено, а система образования рухнула. В то время один необразованный молодой человек, став министром, полностью разрушил систему образования и причинил большой ущерб своему народу. Преступление не устареет. Никто не забыл.

Сегодня все еще под именем Кембриджа люди отмывают деньги. Сегодня настало время для людей, кто в 1990-х разрушил образование, исправить свои ошибки. Есть и готовы исторические свидетельства того, как необразованные люди разрушили образование своей страны.

Монголов сознательно делают одержимыми материальными благами, цепляясь за еду, одежду и жилье, чтобы зарабатывать на жизнь, не оставляя времени на образование. Вечерняя школа, заочное образование, центры повышения квалификации – все было разрушено.

Вся система образования была уничтожена бизнесом по отмыванию денег под видом никому не нужных университетов и институтов, когда были разрушены все профессиональные техникумы и колледжи.

Задача иностранных коммерсантов – облегчить возможность использовать необразованного монгола в качестве чернорабочего, готового рвботать на любой шахте, в любое время и в любом месте. Их уже много лет надувают отечественные «боссы».

Монголы никогда не были так зависимы от иностранцев, как сегодня. Когда политбюро в определённые времена слишком увлеклось выгодой для себя, а демократы  выбились из рук, они стали зависимыми от иностранцев.

Люди, которые воровали собственность людей с целью своего обогащения и стали марионетками в чужих руках, превратили Улан-Батор в город, задыхающийся в дыму. А сами они на зиму летают за границу, чтобы спастись от дыма.

Оказавшись у власти, опасное поведение демократии, которая начала давать себе дополнительные права и привелегии, такие как полная неприкосновенность, нарушает не только Конституцию, но и высший принцип Международной декларации прав человека.

Почему они становятся неприкосновенными при входе в серый дом, когда конституция говорит, что все равны? Монголы все одинаковы. Почему они, шагая по улице и случайно попав в серый дом, становятся неприкосновенными? Каковы причины, которые делают их неприкосновенным? Что может стать известным, если на них нападут?

В том случае, если не отделить право от власти, то политики будут действовать для себя, а не для народа. Если один политик будет действовать для народа, что станет с серым домом?

Все представления о свободных гражданах и равных людях берут начало из понятия республики. Если решающая сила принадлежит народу, то это демократия. По-старому слово «демократия» правильно переводилось на монгольский язык как «ардын засаг». Но слово «республика» неправильно переводили как «бүгд найрамдах».

Почему сегодня не говорят о республике? В 1921 году стало народным правительством и демократическим. Но после 1949 года стала республикой – «Бүгд найрамдах». Так почему же не может стать республикой – «Бүгд найрамдах» после демократии в 1990-е годы?

В конечном итоге права человека должны приносить пользу человеку. Что будет делать монгол с таким количеством свобод и равных прав, если он окажется в ситуации, когда от них нет никакой пользы? Поскольку проблема существования большинства монголов не решена, нет другого выбора, кроме как суеверно истолковать судьбу как картину, нарисованную Богом.

Неравенство большинства людей означает смерть свободы.

 

24 ноября 2014 г.

Molorerdene

 

 

 

 






Интервью, очерки

© Molor-Erdene 2022