Победило «Суеверие», а «Образование» проиграло? №1: Общество стоит перед очень сложным выбором

Feb 24, 2021


Победило «Суеверие», а «Образование» проиграло? №1: Общество стоит перед очень сложным выбором

Это общество, в котором монголы жили, живут и будут жить в будущем, сегодня, возможно, переживает самое сложное, критическое время. Будут ли монголы верить в суеверие, позволят ли они кружить им головы, станут ли отрицать свои жизни, или же они поверят в образование и сделают его основой своей жизни?

Почему монголы потеряли веру в образование? Почему образование, направленное на то, чтобы говорить правду, указывать на правильное и учить добру, терпит неудачу в Монголии?

По мнению монголов, суеверия победили образование. Но общечеловеческое образование не было побеждено ни суевериями, ни религией. Потому что образование несет в себе два важных понятия: знания и мораль. Образование выше религии или суеверий. Образование ограничивает религию. Потому что в религии нет ни знания, ни познания. А вот религия обязана искоренить суеверия. Потому что в суеверии нет морали.

Причина, по которой монголы сегодня не верят в образование, имеет и виновника, и место. В 1990-х годах были уволены сотни учителей, а школы были отрезаны от системы образования и превратились в центры спроса и предложения. Вот так они бросили своих детей в рыночный ад. В то же время университеты начали выпускать десятки поддельных докторов и профессоров. Таким образом, образование заполнилось людьми без морали и превратилось в пищу суеверий.

Академия наук, ответственная за распространение в обществе истинных общечеловеческих знаний, превратилась в прибыльную организацию, пачками печатая проекты. Ложное слово «ученый» разрушило слово «знание». Без знаний нет образования. Одной добродетели недостаточно для развития страны. Знания нужны. А добродетель – предмет морали. Образование возможно только при соединении знаний и добродетели.

Множество историков, писателей, культурологов и поэтов из Академии наук Монголии и Государственного университета Монголии стали виновниками суеверия, и к ним присоединились иностранные и местные религиозные организации. Они распространяли суеверия, а не гуманность, кружили головы магией, два главных виновника – профессор, называемый учителем, и лама, искатель выгоды, своими разговорами о судьбе и мистике превратили все общество в гнездо суеверия.

Когда источники питания суеверия – инь и ян, аура, энергия и медитация – объединяются, сложно ли им не победить образование? Куда идти монголам, если к ним добавятся политики, которые жгут костры в Доме правительства и развевают хадаки на вершине горы? Следовательно, конечным пунктом назначения должны быть Этический суд.

За последние 20 лет, когда монгольский народ стал продаваться суеверными людьми, Конституционный суд не смог защитить права человека, выполнять свою работу. Тот факт, что так называемое государство поощряло тех, кто обманным путем вымогал деньги у людей и даже давал некоторым из них государственные звания, сыграл значительную роль в поражении образования.

Конституция, а не граждане, должна дать ответ на вопрос, что выберут сегодня монголы – суеверия или образование. Если Конституционный суд приравнивает суеверия к образованию и под видом спроса и предложения даст сомнительный ответ, что истина относительна или о необходимости образования, есть ли нужда в университетах и школах?

Конституционный суд, надеюсь, не поставит монголов перед двумя возможностями. Не разрушит, поди, единственное решение – образование. Конституционный суд должен помочь монголам открыть свой разум для образования и помочь им стать людьми, а не подвергать людей дискриминации с помощью суеверий.

Вот к какой величине мы подошли. Но что делает Конституционный суд? Разве не нужна мораль? Более 100 лет назад монголы отказались от суеверий и выбрали образование. Но сегодня?

Конечно, те, кто сегодня презирает образование, принадлежат к тем, у кого есть имя. Образовательные учреждения, от Академии наук до университетов, не смогли принести образование в общество. Лже-доктора и лже-профессора дали суеверным людям шанс. Потому что они сами не получили удовольствия от образования. Когда суеверный доктор лжет, с мыслью «почему бы и нам этого не делать» неправительственные организации работают ради дененг. Это гарантия ошибочных действий таких организаций, как Академия наук Монголии и Государственный университет Монголии, которые должны производить и распространять знания.

Спрос рождает предложение, с такими мыслями человека делают товаром, это – показатель того, что нарушается конституционное представление о том, что человек является ценностью, и превращает человека в безжизненное тело, подобное товару. Можно ли использовать ценность-человека таким жестким и жестоким образом? Разве конституция не должна ставить общественные интересы выше частных? Теория международного права гласит, что любой закон создан для защиты социальных ценностей.

Родители настигнуты этой пандемией социальной болезни, став суеверными, и лишают молодое поколение свободы, это – доказательство глубокого падения морали монголов, по-прежнему неправильно понимающих, что права человека – это мои права, и злоупотребляют этим. Почему Конституционный суд не выполняет функцию морального суда, который должен карать законом то, что кто-то действует по своему усмотрению и желанию? Монголам нужен этический суд.

Конечно, религия – личное дело каждого. Но если человек навязывает свои убеждения другим, продвигает их, группой вместе с другими призывает других к суевериям, причиняет им моральный и физический вред, тогда никак нельзя говорить о спросе и предложении или индивидуальной свободе. Лицо, потерявшее деньги, положив их в банк, получает компенсацию. Раз так, то суеверные люди, причинившие моральный ущерб, также должны быть наказаны. Если судебная власть не наказывает, то должен быть этический суд.

Это минимальный международный гуманный акт со стороны этического суда – наказывать и объявлять в средствах массовой информации о таких вещах, как обман, амбиции, жадность, хвастовство, эгоизм, взятничество и погоня за престижем.

В какой стране мира называют правильным выигрывать у кого-то и заставлять того терпеть потери? В какой стране мира хвалят и награждают людей, которые сознательно лгут и распространяют заблуждения? В какой стране мира поощряют людей, которые хвалят себя по телевизору и разбрасываются пустыми словами?

Прошло более 20 лет с тех пор, как у нас появилась традиция судить моральные проступки современного общества и ссориться из-за этого. Ссоры дома, оскорбления друг друга на улице, заблуждение, что между молодым и старшим поколениями не может быть понимания, направляют общество неправильным курсом, вводят общество в заблуждение, и это стало странной традицией, что ссоры и противостояние – это нормальное явление.

Конечно, у монголов не было возможности создать исторические условия понять и оценить столь критический период. Менее чем 70 лет назад монголы официально познакомились с таким явлением, как общечеловеческое знание. Все образование пришло из западных, можно сказать, европейских стран. Поэтому, если монголы сегодня говорят об образовании, они должны поехать в западные страны и учиться у Запада. У Тибета, называемого Востоком, нет ничего, чему можно научиться.

Тот факт, что у монголов не было понятия общества, а также понятия столицы, подтверждает историю столетий невежества. Если мы хотим жить как общество и город, каждому нужно образование.

Если суметь получить образование, то можно стать человеком. Если вы не сможете получить образование, вы можете остаться животным. Потому что, при рождении ум человека пуст, как пустой сосуд. Например, если вы полностью не заполните сосуд образованием, а наполовину, то вы будете среднеобразованным.

Сегодня монголы стоят перед трудным решением освободиться от суеверий и направить курс на образование. Это решение сначала должно быть принято в семье. Пришло время родителям, детям, бабушкам и дедушкам определить истину. Чья правда, кто прав? Истина у знания, а правильное – у морали. Нет относительности.

Официальный институт общечеловеческого знания – это, во-первых, университет, в переводе на монгольский язык «их сургууль». Вторая важная область знаний – это наука, на монгольском «шинжлэх ухааны салбар». Именно в этих двух местах создавались знания, проверялись, распространялись, использовались, а благодаря им были созданы промышленность и торговля, и было организовано воспитание и образование.

Суеверие – это не знание. Идея знания была впервые сформулирована более 2500 лет назад в области философии, чтобы развеять суеверия и дать людям свободу и равные права. С тех пор людей предупреждали, что лучше верить только в гарантированно доказанные истины, что опасно полагаться на убеждения одного человека без каких-либо гарантий. Поэтому с самого начала появления знания человечество создало организации, начиная от академии и заканчивая школой.

Академия предназначена для того, чтобы говорить о знаниях с высокой степенью гарантии, а школа предназначена для обучения знаниям. Сегодня монголы неправильно используют слово «академия» и передали его суеверным организациям, а не знаниям. Слово потеряло свою ценность. Древнее слово «школа», имеющее значение «учить», было заменено монгольским словом «сургууль», но поскольку были созданы частные школы, цель – служить обществу – была утрачена. Нам нужно общественное образование, а не частное.

Сегодня монголы отказались от всех областей знаний, таких как начальные и средние школы, университеты, науки, академии и философские науки, истинных и имеющих целью общечеловеческое познание, и разрушили свои ценности, обязанности и мораль, поэтому погрязли в суевериях. Здесь я не излишне предупреждаю и не пишу против кого-то, но, во-первых, хочу обратить внимание, а во-вторых, у меня нет другого выбора, кроме как упомянуть чьи-то имена. У всего есть хозяин.

Причина, по которой я здесь не предупреждаю, а обращаю внимание, заключается в том, что я не государственный деятель. Я только философ, который сидит дома и пишет книги, которому нравится преподавать в Государственном университете Монголии и Университете культуры и искусства, когда нет лекторов, и преподавать этим студентам самые важные темы человеческих знаний. В любом обществе тысячи лет назад философы говорили свои речи, учили людей и предупреждали. Я расскажу людям из дома, на улице, в газетах и ​​по телевидению, что они делали и создавали. Если кто-то наживает состояние, обманывая людей, кружа им головы и зарабатывая на этом деньги, оскорбляя человеческие ресурсы на глазах множества людей, я буду обращать на это внимание не один и не два, а каждый раз.

Причина, по которой я повторяю, что не проявляю осторожности, потому что не являюсь государственным деятелем, заключается в том, что я не являюсь тем, кому государство платит, и я несу перед ним обязанности, и поэтому я никогда не буду работать под правительством. Я просто человек, который несет в себе человеческие знания, и я пишу то, что хочу сказать и написать, придерживаясь своей философской морали. Философы упорно трудились до сегодняшних дней и придумали теорию о государстве. Следовательно, если монгол захочет говорить о государстве, то он должен говорить о философии.

В общем, только философы, а не кто-либо другой, создали концепцию Конституции, а затем концепции демократии, свободы и равноправия. Все общечеловеческие знания происходят из философии. Только философ впервые захотел знать. И захотел знать правду. Таким образом, знания, возникшие из философии, превратились в более сложные профессии, и сегодня мы называем их физикой, химией, математикой и социологией, психологией, а также искусством и культурой. Это история знания.

Когда монголы познакомились с историей мировых знаний? Другими словами, когда у монголов появилась возможность освободиться от суеверий?

Только в социалистическую эпоху монголы за короткое время, сопоставимое со сроком жизни одного поколения, познакомились с общеобразовательными школами, университетами, научными институтами, библиотеками и домашними книжными полками, созданными человечеством. Мы не виноваты, что монголам нужно учиться в течение короткого периода времени, это сложилось исторически. У нас не было возможности раньше познакомиться со знаниями и образованием человечества. Поэтому мы не должны забывать, что монголы жили в суевериях до недавнего времени, иными словами, до появления знания при социализме. Есть даже свидетельства того, что тибетцы и маньчжуры веками использовали монголов, используя в качестве оружия суеверия.

Суеверия нужны, когда нет развития. Но в развитых странах суеверие – это преграда. Сегодня суеверия – это вообще преступление против монголов, которым скоро предстоит развитие и движение вперед. Фактически, суеверие сегодня обрело все признаки преступления, поэтому я пишу всё это с целью предупредить.

Что я могу сделать? Я – монгол, который проживет только один раз. Но эта страна будет существовать и дальше. В этом будущем образование будет ценнее всего остального. Быть необразованным – значит превратиться в игрушку других. Однако не всем людям нужно стать высокообразованными. Нужны только высокообразованные люди, которые предупреждают общественность. Они правят обществом. Таких людей называют интеллигенцией. Конечно, это чудесное понятие сегодня также полно суеверий.

Почему я здесь спрашиваю о том, что победит, – суеверия или знания? Потому что этот вопрос исходит из истории жизни, которую мы прожили по сей день. Почему у монголов сегодня не стало другой работы, кроме просмотра телевизора? Безработные люди, не имеющие никакого занятия, сомневаются в жизни, доставляют проблемы своему близкому окружению ссорами и истериками и зачинают безумие под названием политика, поэтому и появляются суеверные люди, как в поговорке, что наступлению плохих времен радуются только ламы и собаки.

Образование сегодня также стоит перед необходимостью принять решение. Поддастся ли образование суевериям? Будет ли монгол бежать и прятаться от знаний и образования человечества и жить, читая четырехстрочные пословицы[1]? Или он будет создавать себя, придерживаясь трудных и тяжелых знаний, и станет своим хозяином? Почему монгол сам не создаёт себя, становясь чужим творением? Почему монгол, называя себя степным кочевником, пустыми словами отрицает свои ошибки?

В конце концов, если государственные учреждения, такие как Академия наук и Государственный университет Монголии, не смогут защитить и обеспечить процветание образования, есть ли необходимость в них? Разве они не должны просто изменить свое название на профессиональные школы и заявить, что это не место, где говорят правду?

При социализме применялась различная международная практика морали и этики, но несмотря на это, под видом демократии были утрачены общечеловеческие ценности, такие как дисциплина, порядок, порядок приветствия, уважение по старшинству и принятие других. Теперь, когда их восстановливают, восстанавливают не остатки социализма, а претворяют в жизнь международную практическую этику. Монголы следуют моральным и этическим правилам США, Европы, Японии, Кореи и других стран, но почему они так неистовствуют, когда возвращаются домой в Монголию?

Почему люди, которые утверждают, что учились в Соединенных Штатах, или получили степень магистра в Германии, или защитили докторскую степень в Японии, возвращаясь на родину, сразу теряют свою мораль, становятся невежественными и не проявляют никаких признаков обучения? Если получалось неукоснительно соблюдать моральные нормы этих стран, почему они не продвигают такие примеры на своей родине и не способствуют возможности появления гуманной жизни? На этот раз я не упомянул имена молодых людей без морали, окончивших университеты в Америке, Германии и Японии. В следующий раз я без колебаний назову имена. Нет ничего плохого в том, чтобы назвать одного или двух человек для всего общества.

Образование – это не только математика или язык. Образование – это самопознание. Если вы хотите познать себя, вам нужен кто-то, кто познал себя. Так ставится этический вопрос в том, какой образованный человек будет давать образование другому? Какой знающий человек даст знания другому?

Мы не можем ответить на эти вопросы, потому что какие могут быть знания у этих людей, которые получают ложные докторские и профессорские степени и стараются только для высокой зарплаты? Ложные люди пишут ложные и неправильные книги и неверно переводят. В такой ситуации суеверные люди, нередко пользуясь суматохой, действуют по собственному желанию.

Такие места, как Монгольская академия наук и Государственный университет Монголии, которые должны говорить правду, стали некомпетентными и неспособными передавать общечеловеческие знания, и всё общество пришло к пониманию, что истины нет. Но Интернет рождается из истинного знания, и мобильный телефон – тоже из истинного знания. Конституция – это истина, происходящая из философии. Демократия – это также истина и тоже происходит из философии. Как это всё назвать – относительным или личным мнением?

Вся суть в том, что при рождении человек получает мускулы и сухожилия, но не сознание. Так как же использовать это сознание, которое не является данностью? Что произойдет, если пользоваться необразованным сознанием? Это может быть в степи, но никак не в Улан-Баторе. Улан-Батор – это не степь или собрание монастырей и дацанов. Улан-Батор должен быть центром культуры, искусства и образования.

Как монголу стать полным, иными словами, полноценным человеком? Это возможно? Какое же большое заблуждение – неправильно понимать бога, не понимать мир, не познать себя и не принимать смерть?

Образование не означает подобие рынку, если есть спрос, будет и предложение. Образование должно быть конституционной обязанностью. Образование должно быть государственной задачей. Любые действия против него следует рассматривать как преступление.

Конечно, сегодня нет интеллигенции и просветителей, поэтому нет организаций интеллигенции и просветительских организаций. Все живут жизнью, направленной на полезные ископаемые. И зарубежная буржуазия, и отечественные богачи говорят о добыче полезных ископаемых. Образ монгола сломан как иностранцами, так и внутренними деятелями.

Как выглядит монгол сегодня? Он такой же, каким родился, или есть улучшения, хотя бы немного образования?

Сегодня монголам нужно понять одну вещь. Прежде всего, у нас есть философская проблема. Пришло время случиться этому. Говорить об образовании значит говорить о знании и нравственности. Но знание происходит из познания. Познание происходит из философии. Говоря о морали, мы говорим об этике. Но этика происходит от философии.

Тогда, как в мире побеждены суеверия и победило образование, то и в жизни монгола должно настать время, когда победит образование. Если победит суеверие, а образование проиграет, можно сказать, проиграют дети и молодое поколение ...

 

30 сентября 2014 г.

 

[1] Зүйр цэцэн үг

Molorerdene






Интервью, очерки

© Molor-Erdene 2022