Внешняя Монголия, оставшаяся от социализма

Mar 08, 2021


Внешняя Монголия, оставшаяся от социализма

Советское правительство того времени пыталось реформировать СССР под лозунгом «Перестройки», но потерпело неудачу и рухнуло. Сегодня его сменила Российская Федерация, сокращенно РФ, несмотря на уменьшение численности населения, её территория осталась всё такой же большой.

Гарантией распада СССР стал исторический снос стены, отделяющей Западный Берлин от Восточного Берлина. Это объединило Западную и Восточную Германию, что стало потерей для русских и приобретением для немецкого народа. Странная вещь произошла, когда рухнула Берлинская стена и немцы из восточной части толпами стали ходить в Западную Германию. Эта странность – попытка западных немцев понять радость этих людей.

Капиталистический мир Запада также полон проблем. Запад задавался вопросом, представляют ли эти люди, что избавляются от одной проблемы, но переходят к другой, гораздо большой. Хорошо, что стена рухнула, но подавлял эти яркие эмоции того времени очень практический вывод о том, что лучше бы жить и работать там, где все жили до этого, а не толпиться.

Социологи все еще анализируют, как начался этот конец социализма и начало капитализма в других странах Восточной Европы, таких как Польша, Венгрия, Чехия, Словакия, Словения, Болгария и Румыния, после разрушения Берлинской стены. Потому что объединение Восточной и Западной Германии было делом естественным и не доставило особых хлопот. Однако в других странах Восточной Европы развитие было трудным.

Растет число социологов, которые приходят к выводу, что в странах Восточной Европы сегодня не хватает общества, и появляются классы. Их труды представляются на крупных конференциях социологов. В годы социализма установилось общество, называемое социалистическим. Это общество было упорядоченным и придерживалось правил. В социалистическом обществе нет необходимости говорить о высших и низших классах, богатых и бедных, потому что разделение по классам было упразднено. Однако сегодня в Восточной Европе увеличивается количество классов, так увеличивается и разрыв между богатыми и бедными.

Социологи продолжают недоумевать, почему исчезло общество. Часто начинают возникать вопросы к политике, не является ли она причиной появления классов и разрушения общества. Учёные продолжают задаваться вопросом, изначально ли Восточная Европа желала такую жизнь и такое правительство.

После социализма плановая экономика, которая была до этого, была разрушена, и однопартийная система была преобразована в многопартийную систему. Ответ на вопрос о том, как «гражданин Монголии» воспринял эти события, также начинается с вопроса. Как гражданин может выбрать несколько партий?

Например, МНРП – это не только политическая организация, но и гражданская, общественная и образовательная. Эта партия работала как учебное заведение для подготовки управляющего аппарата. Она выступала в качестве организатора и руководителя строительства социализма и исполняла функции членов партии, чтобы положить конец любым конфликтам и спорам.

Спрашивали ли они, согласны ли люди на многочисленные партии, появившиеся после социализма, как грибы после дождя? Согласны ли люди принять их, дать оценку? После социализма люди стали более политизированы, даже слишком, чем при социализме. Девизом каждой партии стало единственное слово «политика», и похоже, установился политический террор.

Порождения политического террора – это коррупция, эгоизм, монополизация и манипуляции. Создавшие их партии сложно назвать политическими организациями. Таким образом, партии никогда не реализовывали элементарные политические концепции «левых» и «правых» партий. Если бы их реализовали, то не было бы актов политического террора. Однако сами партии под видом политических организаций способствовали настоящей «политической неразберихе» и «младенческой болезни политиков» и организовали общественные беспорядки, которых могло не быть вообще.

У людей во время политического террора остаются лишь вопросы типа «в каком обществе они живут» и «кого называют членом общества». Представление о том, что капитализм будет построен на свободном рынке, а не на пятилетней плановой экономике, было реализовано в феодальных экономиках с партийными фракциями, которые имеют целью повернуть экономику в свою пользу и никогда не смогут ничего планировать.

Если бы капиталистическая экономика была внедрена в последние 20 лет, значит, получила бы развитие индустриализация. Появились бы промышленные предприятия, а с ними и рабочий класс. Но никакого промышленного строительства не было. Появились владельцы государственной собственности, которые разделили между собой постройки, шахты и т.д. Приватизации не было, под шумок приватизации появились только собственники. Таким образом, появилось не общество, а классы, другими словами, есть собственники и люди, которые продаются собственникам.

Molorerdene

 “Строители Братска”[1] 1961

На картине изображено, как четверо мужчин и одна женщина, работающие на Братской ГЭС, отдыхают. Темный фон изображает некий город. Эти рабочие строят сибирский город Братск. Эта картина, которая показывает строительство социалистической эпохи, поднимает вопрос о том, что же строится сейчас, после социализма, и идёт ли вообще строительство сегодня.

Как понимать коллективный труд после социализма? Где можно увидеть коллективный труд? Что вообще значит «коллективный труд»? Само слово "социализм" переводится как «единство». Едины ли люди после социализма, вместе ли они или в одиночку?

Сегодня социалистическое общество, основанное на принципе единства, творить и трудиться все вместе, исчезло. Люди, которые были вместе, расстались. Так как же объединить людей, которые теперь в одиночку? Что может объединить людей сегодня после социализма? Не «как быть», а «что делать». Что можно сделать, чтобы объединить людей и восстановить общество? Вот такие проблемы все еще ждут своего решения.

Когда был построен Улан-Батор, был построен не только город, но и новое общество. Цель – создать нового человека. Этот новый человек – житель Улан-Батора. Этот новый человек должен являться выражением нового общества, одним словом, «душой[2]» общества. Поэтому на картине Попкова выделены люди. Темный город – творение рук этих людей, а сосуществование, симбиоз индустриального города – выражение материального производства.

Сегодня исследователи искусства окрашивают заднюю часть картины в черный цвет, и это объясняется тем, что то, что строится и создается сегодня, является черным, поэтому оно скрыто. Никому не ясно, что строится и создается. Что является основой современного общества? На чём держится общество без основы?

Поскольку строительство социализма было общественным развитием в течение многих лет, невозможно измерить, рухнуло ли это социалистическое общество или нет. Этот переход от социализма к новой политике только начался, это даже не середина пути. Поэтому, край новой политики только-только начинает проглядываться. Конец одного – это начало другого, это не вопрос «поиска подхода», который происходит в жизни людей всего за несколько лет. Но это также вопрос «билэгийн[3]», который должен иметь место на уровне сознания.

Однако с идеи свободной политики начался настоящий «политический террор». За последние 20 лет насильно произошли жестокие политические репрессии во имя установления свободной политики. Политическая деятельность, направленная на дискриминацию диссидентов, лишение их работы и членства партии с применением силы или денег, за последние 20 лет стала не преступлением, а обыденностью. Сегодня люди, способные выражать своё мнение против, умеющие критиковать, оставлены и забыты, а политическое лицо – это люди льстивые и лживые. Политический террор, который взял под тотальный контроль над СМИ, сегодня достиг своего пика. Непрозрачная, тайная политика характерна для группировок.

Сегодня первый экспериментальный пример попытки социалистического Улан-Батора построить «общество» все еще отрицается. Этот единственный пример оказался очень успешным, но несмотря на это, за последние 20 лет общество вымерло. Сегодня люди, приехавшие из сельской местности, сосуществуют с членами вымершего городского общества под видом «сообщества». Конечно, сегодня нельзя говорить о коллективе, едином обществе. Так что только сосуществование. Но это не полноценное сосуществование, а хаотичное.

За последние 20 лет социальная структура была нарушена из-за коррупции, вызванной принудительной приватизацией и неуместным внедрением свободного рынка. Смешение политических, социологических, культурных и религиозных тем беспорядочно, что привело к полному разрушению сектора знаний и образования.

Сегодня как мы можем восстановить то время социалистической эпохи, когда мы вместе строили и были едины, как нам заново социализироваться? Это не грусть по прошлому. Это вопрос построения старой, но будущей совместной, единой жизни под названием «социализм». Одним словом, социализм – это будущее, к которому нужно вернуться. И так получается, что социалистическое поколение – это люди из будущего.

Несмотря на то, что эти люди из будущего всё меньше и меньше с грустью и тоской рассказывают молодёжи о социализме для сегодняшней молодежи, молодые люди должны задуматься об этом. Есть ли представители молодёжи, которые способны думать?

 


[1] Виктора Попкова

[2] soul

[3] Mind /eng/






Интервью, очерки

© Molor-Erdene 2022